Господин Народный артист
- Подробности
- Создано 16.02.2023 16:20
- Просмотров: 527
На днях музыкальная (и не только) общественность, вспомнила про Федора Ивановича Шаляпина в связи с его 150-летним юбилеем. Дата, безусловно, значительная, поэтому Центральная библиотека не прошла «мимо» такого повода, и организовала посвященную ему выставку.
Великий певец, артист, яркая, неординарная личность. «Какая глыба, какой матерый человечище!» - это слова сказаны, конечно, не о Шаляпине, но они точно подходят к описанию его личности. Его талант не ограничивался одной музыкой – он занимался живописью, лепил, писал интереснейшие мемуары.
Современники Шаляпина отмечали его необыкновенный дар перевоплощения в того персонажа, арию которого он исполнял. Делал он это с такой самоотдачей, что, по воспоминаниям самого Федора Ивановича, ему порой казалось, что он сходит с ума, вживаясь в свою сценическую роль. Публику потрясал не только его певческий, но и артистический талант, и она отвечала ему любовью и признательностью. «К жизни я относился горячо» - писал о себе Шаляпин. В этой страстной любви к искусству, и природном даре, развитом благодаря трудоспособности и целеустремленности, и состоит феномен Федора Ивановича Шаляпина. Выходец из народа, прошедший нелегкий путь к мировой славе и признанию, в своем творчестве он всегда отдавал предпочтение русской музыке. Как некогда Ломоносов, стремившийся возвысить русскую науку, задать высокую планку ее развитию, так и Федор Шаляпин в своем творчестве показывал всему миру, как «силен, красив, талантлив русский народ!» (А.М.Горький).
На выставке, помимо книг о Федоре Ивановиче Шаляпине, представлены его автобиографические повести.
В «Страницах из моей жизни», изданной в России в 1917 г., подробно описаны детские и юношеские годы артиста.
«Маска и душа», написанная много лет спустя, в эмиграции, по словам Шаляпина, «стремится быть аналитической биографией моей души и моего искусства». Кроме многочисленных сценических масок, у Шаляпина существовала еще одна - маска человека, благополучного во всех отношениях, баловня судьбы, каким воспринимала его Европа после эмиграции певца из России. И лишь в воспоминаниях, впервые вышедших в Париже в 1932 году, он написал о горьком хлебе изгнанника, о тоске по Родине, о своей душе, которую не поняли слишком многие...